Старинная икона «Николай Чудотворец», XIX век

Икона «Святитель Николай Чудотворец в ознаменованной ризе-окладе. В киевоте»
Россия, конец XVIII – первая четверть XIX века (живопись, ок. 1800–1820). Оклад литой и чеканный, позолоченный металл – вторая половина XIX века (ок. 1870–1890). Киот фигурный, с остеклением, рубеж XIX–XX веков.

Перед нами камерная икона святителя Николая Мирликийского в классическом чинопоследовании «Никола с житийной книгой»: правой рукой святитель благословляет, в левой держит раскрытое Евангелие. В верхних углах — традиционные полупоясные явления Христа и Богоматери, подающие архиерею Евангелие и омофор — важная деталь «Николы Зарайского» круга. Золотой фон с плотной ассистью и тонкой хризографией по одеждам, прописанные перламутровые бусины на манжетах, развертка стиха в книге и надписи киноварью (устав с характерной графикой) уверенно относят живопись к рубежу XVIII–XIX веков, вероятно к русской столичной или старообрядческой традиции, ориентированной на московский образец.

Особую декоративность придаёт богатый лито-чеканный оклад: высокий рельеф с растительным орнаментом, широкие поля с «вьюнком», ажурный венец-нимб с пронзительными отверстиями-пробойниками и накладными клеймами Спасителя и Богоматери по сторонам головы святителя. Позолота тёплого тона типична для мастерских второй половины XIX века. Нижняя табличка-картуш с названием святого выполнена в том же наборе штампов. Икона помещена в фигурный киот с бронзированными накладками — изысканный предмет интерьера, подчёркивающий статуарность образа и защищающий сохранность.

Живопись выполнена на деревянной доске с ковчегом; традиционная левкаcная подготовка, темпера по золоту. Камерный формат — около 28,3 × 31,2 см; толщина доски порядка 2,7 см (по измерениям). Размеры киота — больше, предназначены для выставочного показа на стене.

Состояние. Сохранность образа очень хорошая для возраста: устойчивая сетевая кракелюра, локальные потёртости и незначительные бытовые следы бытования без утрат живописного слоя в значимых зонах лица и рук; золото ровное, ассисть читается. Оклад цельный, с благородной патиной, отдельные естественные потемнения и точечные вмятины не нарушают целостности декора. Киот прочный, остекление чистое. Икона пригодна к экспонированию и частному благоговейному употреблению без дополнительной реставрации.

Значение. Это представительный, «молитвенный» образ одного из самых почитаемых святых Руси, выполненный в высоком для своего времени уровне: ясный рисунок, благородная палитра, редкий по красоте и сохранности позолоченный оклад и эффектный киот. Произведение одинаково убедительно смотрится в коллекции, в интерьере домашней часовни и в музейной экспозиции, демонстрируя непрерывность русской иконной традиции от конца XVIII к XIX столетию.